Коммерсант: «Надо искать иные пути вместо ужесточения санкций»

В среду пройдет визит в Россию президента Кипра Никоса Анастасиадиса, в ходе которого он проведет переговоры с президентом РФ Владимиром Путиным. Накануне приезда Никос Анастасиадис рассказал корреспонденту “Ъ” Геннадию Сысоеву, как Кипр будет строить отношения с РФ, предоставит ли ей военную базу и чем может помочь в ситуации с санкциями.

— На днях вы анонсировали подписание в ходе вашего визита в РФ нового соглашения о военном сотрудничестве. Многие восприняли это как решение о создании на Кипре российской военной базы. Это так?

— Хочу сразу внести ясность: произошло недопонимание того, что я сказал. Что мы якобы хотим подписать с РФ соглашение о создании военной базы на Кипре. Во-первых, Россия никогда не просила нас о создании таких баз. Во-вторых, мы действительно хотим обновить военное соглашение, в котором речь идет о поставках запчастей и обслуживании военного оборудования, уже закупленного нами в РФ. Речь также идет о других договоренностях, предусматривающих предоставление РФ дополнительных возможностей в гуманитарных областях на объектах, включая авиабазу в Пафосе и порт Лимасол. К примеру, для эвакуации граждан РФ из стран региона, если потребуется. Такие возможности мы предоставляем и другим.

— Германии и Франции?

— Да.

— Но Россия уже использует порт Лимасол. Значит, речь идет о более широком использовании?

— Верно. Но не в военных целях, а в гуманитарных. И на сей счет есть ясное понимание между нашими правительствами.

— Тем не менее негативная или настороженная реакция все же последовала?

— Да.

— И что вы отвечаете критикам?

— Что речь идет не о военной базе, а об использовании объектов в гуманитарных целях.

— Вы по-прежнему выступаете за вступление Кипра в НАТО?

— Я говорил ранее и готов повторить сегодня: я готов выступить за присоединение Кипра к НАТО, если большинство партий и населения выскажется за это. То есть ключ — в желании большинства. А этого пока нет. Если большинство выскажется за, первым шагом должно стать присоединение Кипра к программе “Партнерство во имя мира”, где участвует и РФ. А потом уже речь может идти о вступлении в НАТО. Но большинства для этого нет.

— Не повлияет ли это на отношения Кипра с РФ?

— Что бы мы ни делали, это не будет ценой наших отношений с Россией. Это относится и к выстраиванию отношений Кипра с США и другими странами. Я всегда выступал за то, чтобы это не повредило нашим традиционным дружественным отношениям с Россией.

— После вашего избрания президентом многие называли вас прозападным политиком и предрекали сложности в отношениях с РФ. Вы же как президент страны-члена ЕС выступаете против новых санкций в отношении России. Чем вы при этом руководствуетесь?

— На различных саммитах ЕС я поднимал вопрос о том, являются ли санкции лучшим ответом на нынешнюю ситуацию. Я считаю, что сегодня лучше использовать язык дипломатии. Особенно после достижения минских договоренностей. Это более мудрая политика. Ибо Россия наш партер. Поэтому лучше вести диалог, а не прибегать к иным мерам, которые в конечном итоге ведут к углублению кризиса между РФ и ЕС.

— А ваши партнеры по ЕС разделяют эту точку зрения?

— Целый ряд стран ЕС разделяет точку зрения, что надо искать иные пути вместо ужесточения санкций. В то же время мы являемся членами одного сообщества и стремимся сохранить единый подход с учетом развития украинского кризиса и позиций отдельных стран–членов ЕС. Благодаря такой позиции, сегодня мы все еще находимся на стадии А ужесточения санкций — она ограничена принятием списков лиц и организаций, которым запрещены въезд и некоторые виды деятельности в ЕС.

Я рассчитываю, что прекращение огня на Украине создаст условия для длительного урегулирования. И я уверен, что уже в ближайшем будущем отношения между РФ и ЕС будут восстановлены. Поверьте, в Европе никто не чувствует себя счастливым из-за кризиса в отношениях с РФ.

— Рассчитывает ли Кипр получить новый российский кредит либо же речь идет лишь о реструктуризации уже полученного займа в €2,5 млрд?

— Речь не идет о новом кредите со стороны России. В ответ на нашу просьбу правительство РФ приняло решение о реструктуризации займа Кипру, и на днях российская Дума утвердила это решение. Это реальная помощь для нас, ибо мы сталкиваемся со многими проблемами. В связи с этим я рад и благодарен России, что после обсуждения между нашими правительствами и подключения президента Путина долг был реструктурирован. Поэтому нет необходимости говорить о новом займе.

— Условия реструктуризации вас устраивают?

— Полностью. Процентная ставка снижена с 4,5% до 2,5%, срок погашения продлен с 2016 до 2018-2021 годов.

— Урегулирована ли проблема с российскими вкладами в кипрских банках, возникшая пару лет назад?

— Эту проблему можно считать решенной. Обложение депозитов налогом было болезненным решением, которое ударило по интересам вкладчиков, включая наших российских партнеров. Но взамен они получили облигации банков, и я думаю, что после их восстановления вкладчики смогут компенсировать свои потери. Речь идет, прежде всего, о Банке Кипра. Кроме того, после той банковской катастрофы мы предоставили возможность пострадавшим вкладчикам получить кипрское гражданство, если они в этом заинтересованы. Это шаг, демонстрирующий наше желание поддержать вкладчиков.

Хочу подчеркнуть еще один момент. Несмотря на горький опыт, российские вкладчики и бизнесмены продемонстрировали лояльность Кипру. Число людей из России, желающих вести бизнес здесь, не только не уменьшилось, но и увеличилось. Растет и число российских туристов.

Кипр имеет близкие отношения с Россией во всех областях. В оборонной области мы зависим от РФ, наш сектор облуживания зависит от российских бизнесменов. У нас много российских вкладчиков и инвесторов. А около 30 тыс. россиян проживают здесь практически постоянно. Благодаря историческим, культурным и религиозным связям, существует некая химия между нашими народами. И мы счастливы иметь рядом наших российских друзей и чувствовать их поддержку.

— Поддерживаете ли вы подключение российских компаний к работе на кипрском шельфе?

— Я буду искренне приветствовать, если российские компании захотят инвестировать или подадут заявку на получение лицензии на любом из имеющихся участков шельфа или же будут участвовать частью капитала в компаниях, имеющих лицензию.

— Осенью вы объявили о приостановке переговоров по кипрской проблеме, хотя раньше активно выступали за это. Почему? И каковы перспективы кипрского урегулирования?

— Я остаюсь привержен поиску мирного и окончательного решения кипрского вопроса. Причина же приостановки нашего участия в переговорах была в следующем. За шесть дней до возобновления третьего раунда с согласованной повесткой дня и под надзором специального советника генсека ООН Турция объявила, что будет вести сейсмическую разведку в исключительной экономической зоне Кипра. Нарушение суверенных прав Кипра и вынудило меня выступить против незаконного решения Турции и приостановить переговоры.

Однако я очень надеюсь, что в ближайшем будущем это беззаконие будет остановлено. Появится возможность возобновить переговоры и найти как можно скорее решение. Сорок лет отсутствия решения — более чем достаточно. Решение проблемы восстановит стабильность и вернет перспективу для всех киприотов, греков и турок — через воссоединение острова.

— Возвращаясь к предстоящим переговорам в Москве, это ваш первый официальный визит в Россию?

— В качестве президента — да.

— А до того вы бывали в Москве?

— Десятки раз. Мое адвокатское бюро, где я работал до того, как стал президентом, специализировалось на работе с российскими бизнесменами. Поэтому у меня особая симпатия и любовь к России.